В этом году Третьяковский проезд отпразднует свое 155-летие. В канун большой даты Денис Мережковский вспомнил славную историю самой модной улицы Москвы.
«Джорджо Армани открывать в России бутик не торопился. Он прибыл в Москву одним из последних. Придирчивого Армани устроило только здание в Третьяковском: бутик почти под стенами Кремля, в историческом здании, построенном в 1870 году меценатами Третьяковыми… Несомненно, одним из решающих факторов для Армани оказалась возможность проведения в Третьяковском показов Teatro Armani — то есть дефиле. Бизнесмен, владелец империи под названием Armani Group, Армани понимает: чем ближе к бутику проходит шоу, тем выше продажи в самом бутике. Одно из таких дефиле состоялось в Третьяковском проезде в июне», — описывала в газете «Коммерсантъ» журналист Екатерина Истомина хроники жизни на самой маленькой и самой модной улице Москвы в 2002-м. Впрочем в 100-метровом Третьяковском проезде мода решала все и в 1870-х годах.
Если покопаться в восьмом томе Полного собрания русских летописей, можно отыскать первые упоминания о сквозном проходе от Никольской улицы к Кузнецкому Мосту через Китайгородскую стену, датированные 1556 годом. Он просуществовал около двух веков, пока за ненадобностью его не заложили. Сто лет спустя восстановить беспрепятственный путь потребовалось владельцам Большой костромской мануфактуры по производству льна, основателям Третьяковской галереи, предпринимателям, известным меценатам, коллекционерам и бонвиванам братьям Павлу и Сергею Третьяковым. В 1870-м на собственные средства они купили эту землю и начали стройку новой улицы, доверив проект архитектору Александру Каминскому, на тот момент уже занятому проектированием первого здания Третьяковки. Ему хватило года, чтобы не топорно прорубить проезд, а дополнить архитектурный ансамбль стены Китай-города башнями и корпусами, стилизованными под средневековую архитектуру древнего города. Фигурно уложенная кирпичная кладка, арочные пояски, окна с наличниками и другие приемы русских зодчих делали Третьяковский проезд нарядным, но не выбивали из окружающего архитектурного контекста.
Обосноваться в только что отстроенных пространствах было непросто — братья отбирали нанимателей, складывая пазл только из тех, кого знали лично и чьей репутации доверяли безоговорочно. Повезло известным нотариальным конторам и Московскому купеческому банку, абонировавшему целый корпус под свою штаб-квартиру, — не зря Сергей Третьяков с 1877 года вошел в его правление и занял высокую должность московского городского головы. Но главными арендаторами Третьяковского проезда сразу стали магазины. Несмотря на активную торговлю, которой славились Кузнецкий Мост, Никольская и Верхние торговые ряды, покупатели выбрали нарядный Третьяковский, и он быстро превратился в истинную Мекку моды и гедонизма. Популярностью пользовался «Магазин готового платья Трусова и Туровцова», но настоящим прообразом современного концепт-стора стал «Торговый дом братьев Алексеевых», предлагавший все новое, модное, лучшее из Лондона и Парижа. В его витринах красовались манекены с прическами по тогдашней моде, в платьях, накидках, пелеринах и сюртуках. К слову, Павел Третьяков, знавший толк в правильных костюмах, обновлял свой гардероб исключительно в этом месте.
Ювелирно-часовую нишу занимал Торговый дом московского купца 2-й гильдии, выходца из Швейцарии Вильгельма Габю. На родине он имел собственное часовое производство, снабжавшее его бутик золотыми украшениями и механизмами, на каждом из которых был проставлен как индивидуальный номер, так и проба. Украшенные нитями жемчуга витрины Габю представляли карманные, стенные, ручные, напольные часы, подсвеченные маленькими лампочками, а все украшения в черных бархатных чехлах располагались здесь на подставках, расшитых золотом. За новыми духами «Брокар» или «Ралле» шли исключительно в магазин Товарищества парфюмерной фабрики провизора Александра Остроумова. За лучшими образцами китайского и цейлонского чая — в лавку купца Василия Гавриловича Куликова, вход в которую украшали большие кубы рафинада и сахарные головы, обернутые в синюю бумагу. Любителей сладкого Куликов снабжал печеньем и пряниками авторства лучших пекарей со всей России, а в преддверии Пасхи, Рождества или «царских» дней выпускал чайные и кондитерские дропы в тематической упаковке.
Все модные магазины Третьяковского проезда славились невероятной упаковкой покупок: коробки для одежды и бонбоньерки для сладостей выполняли из картона и бархата; специальную цветную бумагу, ленты, банты заказывали из Европы. Часто люди приходили в Третьяковский даже не для шопинга, а словно на ярмарку тщеславия, в которой принимали участие буквально все гуляющие. Не зря именно рядом с этим местом позже открыли отель «Метрополь», претендовавший на звание главной гостиницы Москвы. Кстати, многие предметы обстановки для новопостроенного «Метрополя» были заказаны также в Третьяковском — в знаменитом магазине «Феникс», продававшем лучшие интерьерные образцы в стиле ар-нуво. Когда в 1907-м на первом этаже отеля заработал модный кинотеатр «Модерн», резиденты Третьяковского часто устраивали показы одежды в его пространствах, а гости, прежде чем отправиться смотреть кино, обязательно совершали круг почета по бутикам.
Высокий градус красивой жизни в Третьяковском проезде резко упал с началом советского периода. Здесь обустроились унылые государственные учреждения и канцелярии, а главной достопримечательностью стал скромный букинистический магазин. И только в самом конце 1990-х открылась новая страница истории этой улицы — благодаря люксовой империи Mercury. После полной реконструкции Третьяковский снова стал местом притяжения всего модного. Первыми свой легендарный бутик здесь открыли Dolce & Gabbana, дальше — Tod’s, Prada, Gucci, Yves Saint Laurent, Brioni, Ermenegildo Zegna, Ralph Lauren, Chopard, Bvlgari, Graff — всех и не вспомнить. Гранд-открытия обязательно сопровождались большими праздниками, на которые съезжались гости со всего модного мира: от Тома Форда и Миуччи Прады до Ральфа Лорена и Каролины Эрреры. Многие помнят развеселую вечеринку с танцами, которую в Третьяковском закатил Альбер Эльбаз в честь открытия российского флагмана Lanvin. Или — как здесь установили огромную кровать по случаю запуска магазина Frette. Или — как Джорджо Армани посреди этой улицы бутиков реконструировал свое миланское шоу осень-зима 2002/2003 с Гленн Клоуз и леди Хелен Тейлор (двоюродной племянницей королевы Елизаветы II) в первом ряду.
В 2008-м в двух шагах от Третьяковского, на Никольской, реновировали еще одно знаковое для столицы строение: силами великого и прекрасного Филиппа Старка здание бывшей аптеки Феррейна было превращено в хрустальный дворец Maison Baccarat. На первом этаже расположился бутик французского дома, а на втором — ресторан Cristal Room Baccarat, поднимаются в который по знаменитой лестнице с плафонами. К чему эта история? К тому, что и особняк главный фармацевт царской России Владимир Феррейн в 1894 году заказал архитектору Адольфу Эрихсону исключительно из-за близости участка к Третьяковскому проезду — ну а где еще мог быть реализован такой проект, если не здесь! Кстати, фасад бывшей аптеки был тщательно отреставрирован в прошлом году.
Не прекращаются обновления и в самом проезде, последним из которых стал запуск двухэтажного Tretyakovsky Concept Store. Символично, что свежее пространство делает ставку не на гранд-бренды, а на прогрессивную контемпорари-моду в лице Dris Van Noten, Jil Sander, Juun.J, Maison Margiela и The Attico. На самой маленькой московской улице длиной всего в 100 шагов не сомневаются, что будущее за молодыми, и видят его для себя непременно большим и модным.
