Киноленты и мультфильмы влияют на ментальность человека. Так, благодаря
киноклассике, каждый русский человек знает, что «Москва не сразу строилась».
И это действительно так. Генплан развития столицы, как годовые срезы на дереве,
формировал московские архитектурные слои: конструктивизм Дангуэровки, Хамовников и Пролетарки, торжественный ампир Фрунзенской набережной, переулков вокруг Кремля и Садового кольца, послевоенные малоэтажные Хорошевка и Лефортово, триумф сталинских высоток, престиж Ленинского и Кутузовского, утилитарность хрущёвок Кузьминок и Новых Черёмушек.
И наконец, знаменитая «3-я улица Строителей» и десятки бело-голубых спальных кварталов-близнецов из 12–16-этажных домов. Всё это проектировалось в стенах «Моспроекта», превратившегося в настоящую архитектурную фабрику. Вместе со страной «Моспроект», состоящий из нескольких институтов, прошёл разные этапы — работал на износ после войны,
был в зените славы в восьмидесятые, проектировал «в стол» в конце девяностых,
функционировал в неспешном ритме предпенсионера в нулевые. 2025 год кардинально изменил
размеренную жизнь столичных проектных институтов. После серии реформ — преобразований и укреплений — в Москве сформировалось новое архитектурное сообщество, которому вновь предстоит делать яркие акценты на реальных, а не бумажных улицах. Рассказываем, что произошло и как это повлияет на жизнь москвичей.
Раз, два, три, четыре, пять…
В советский период в годы бурного роста столицы практически всё, чему было суждено быть построенным в границах МКАДа, проектировалось в стенах проектного института, носившего название «Моспроект». Это была очень масштабная организация с полувековой историей. На старте формирования Генплана Москвы, в начале тридцатых, в городе существовало 20 проектных и планировочных архитектурных мастерских Моссовета. После войны их объединили под единым названием «Моспроект», но вскоре и в стенах одного «Моспроекта» стало тесно. В желании систематизировать, была предпринята попытка разделить институты, в зависимости от спецификации. Так постепенно в разные годы появилось пять проектных институтов: «Моспроект‑1», «Моспроект‑2», «Моспроект‑3», «Моспроект‑4», «Моспроект‑5». Но обычные люди, далёкие от канцелярских нюансов, вряд ли задумывались о различиях. На слуху был просто один масштабный «Моспроект», в стенах которого проектировались и дома «с 3-й улицы Строителей» из «Иронии судьбы», и экспериментальные кварталы Чертаново, и «Лужники», и многочисленные школы, детские сады, поликлиники, универмаги, универсамы. Всё то, без чего невозможна городская жизнь. Все здания советского периода, ставшие символами Москвы, включая семь высоток, проектировались в «Моспроекте», где были сосредоточены самые передовые на тот момент технологии и лучшие кадры. В любой географической точке Москвы, поворачиваясь вокруг себя на 360 градусов, можно одновременно увидеть с десяток зданий, вышедших из многочисленных мастерских одного из пяти «Моспроектов».
Спираль истории
После советского периода расцвета, когда в «Моспроекте» трудились тысячи человек, в девяностые наступил этап, когда это всё пошло на спад. Формально институты существовали, но фактически такой активной деятельности, как в 70–80 годы прошлого века, уже не вели. На стык веков пришёлся период становления и формирования частных архитектурных бюро. Это был естественный исторический процесс, соответствовавший общей ситуации в стране.
Заполнение новых страниц в архитектурном календаре столицы началось с формирования принципиально новой градостроительной политики, когда возглавивший Москву Сергей Собянин взял курс на строительство лучшего города земли. Со временем стало понятно, что тем лоскутным одеялом из ярких и талантливых, но очень разрозненных молодых архитектурных бюро новый столичный ландшафт не накроешь. Особенно остро это ощутилось с присоединением Новой Москвы, запуском программы реновации и необходимостью строить новые гражданские объекты: школы, детские сады, больницы, ЗАГСы, суды. Пришло понимание, что городу надо вернуть базовый проектный институт, компетенции которого позволят централизованно проектировать актуальные и знаковые для Москвы объекты. А значит, надо в обновлённом формате возродить ту мощную и высокопрофессиональную проектную корпорацию, благодаря которой были построены целые районы современной Москвы.
Базовой организацией, объединившей остальные институты, включая «Москапстрой» и «Капстройпроект», решено было сделать «Моспроект‑4». Из всех «Моспроектов» именно четвёртый удержался на плаву и не растерял свой костяк. Этот же институт практически на старте активно включился в программу реновации. С дома на Русаковской улице, спроектированного архитекторами «Моспроекта‑4», в Красносельском районе запустилась реновация. В 2023 году архитекторы этого проекта получили премию города Москвы в области архитектуры и градостроительства за реновационный дом. Всего же к 2024 году по проектам института было построено более десяти тысяч зданий общей площадью более 5 миллионов квадратных метров. А премьерой прошлого сезона стало открытие нового корпуса Третьяковской галереи на Кадашевской набережной. Этот проект получил премии The International Architecture Awards и «Золотой Трезини». И это тоже объект «Моспроекта‑4». Логично, что именно институт стал своеобразным зонтиком, под который стянули все проектные организации, связанные с городским проектированием. Новая команда обосновалась в «архитектурном квартале», где ещё с советских лет было много профильных ведомств и проектных институтов — на 2-й Брестской улице в здании «Моспроекта‑2». Со временем архитектурное сообщество привыкнет к новой организации и отойдёт от практики упоминаний в её названии цифр, и коллектив будет ассоциироваться как единая корпорация «Моспроект». За неполный год, что идут масштабные реформы, для этого сделано очень много.
На благо города и во имя счастья каждого
Глобальная задача обновлённого «Моспроекта» — качественное и выполненное в короткие сроки проектирование объектов для нужд города. Работу разбили на два блока. Первый — блок инноваций, который базируется вокруг программы реновации и городского проекта «Московские кварталы», где в центре — удобство жителей этих кварталов, а значит и комфортная среда, создающая все условия, для счастливой жизни. Второй блок — гражданское строительство и госпроекты, необходимые для развития города. Это школы, больницы, ЗАГСы, суды, объекты правопорядка.
Ради всего этого и строят новую системную корпорацию по качественному проектированию, которое будет идти с учётом различного архитектурного подхода и разнообразия городского ландшафта.
Цифровой мир
Одно из важных направлений «Моспроекта» — работа с цифровой средой. Столица сейчас в лидерах цифровой трансформации. Требование города — обязательная подготовка для каждого объекта цифровой модели, однако пока ещё не все проектировщики умеют качественно их делать. «Моспроект‑4» активно работает в этом направлении, чтобы обеспечить цифровое лидерство в архитектурной среде. Ещё на этапе концепции специалисты не только проектируют городские объекты, но и сразу моделируют их в 3D и включают в цифровую среду города и уже в таком виде защищают проекты перед руководством Москвы.
Роль медиатора и миротворца
Одна из задач «Моспроекта‑4» — разрабатывать типовые проектные решения и оценивать их эффективность на практике. Стандартизация не касается внешнего облика — фасады зданий будут отличаться. А внутри это будет конструктор из типовых элементов, скомбинированных под конкретную задачу. Как сформировать такие типовые решения, специалисты обсуждают с действующими эксплуатантами этих объектов. Например, если это больницы, то, прежде чем приступить к чертежам, встречаются с главврачами и их заместителями, которые используют эти объекты. На площадку приходят архитекторы, инженеры, общаются с сотрудниками, расспрашивают, что «нравится — не нравится», где «удобно — неудобно». Так находят максимально эффективные решения для последующего проектирования.
Недавно таким образом стандартизировали объекты ОВД. Вместе с городом и с ГУВД Москвы эксперты «Моспроекта» выработали подход по проектированию отделов внутренних дел. Эти объекты небольшие. Но каждый раз на их проектирование уходило больше года, так как конкретное отделение всегда рассматривалось как уникальный объект. Каждый раз согласовывали разную фактуру, разные методы планировки. Для строителей это было сложно и долго реализовывать. Совместно с ГУВД нашли наиболее эффективные решения и типизировали планировки: для руководителей, для основного состава, для посетителей. Стандартизировали отделку, зону ожидания, дежурную часть, планировку санузлов. По схожей схеме работают и с другими объектами. Например, стандартизировали проекты судов. Десятилетиями при проектировании гражданских объектов диалог между конечным заказчиком и строителями перерастал в «битву титанов». Теперь «Моспроект» выступает миротворцем и медиатором, находящим в проектировании баланс интересов. Чтобы, с одной стороны, и в стройке было легко реализуемо, и не требовало каких-то гиперзатрат, а с другой–стороны отвечало всем требованиям дальнейшей эксплуатации. Чтобы людям в новых зданиях было комфортно и удобно.
Вглубь «Московских кварталов»
Вручая в 2023 году городские архитектурные премии, мэр, обращаясь к архитекторам, попросил «создавать не только сами здания архитектуры, но и среду, уделять этому внимание». В «Моспроекте‑4» это услышали. И особенно ярко концепция проявляется в работе над городским проектом «Московские кварталы». Здесь команда «Моспроекта» работает над улучшением архитектурной среды и общественного пространства кварталов, застраиваемых городом. Оценивает, как сделать связку новых проектов с окружающим благоустройством, как интегрировать пешеходные маршруты и транспортные потоки. В этой программе работа ведётся именно с пространством. Проектируется не только здание как таковое, а в целом пространство для жизни и отдыха.
Построено!
За неполные 60 лет, что существует «Моспроект‑4», по его проектам возведены тысячи зданий. Самые яркие из них: «РЖД Арена» (старое название — стадион «Локомотив»), здание РИА Новости на Зубовском бульваре (изначально пресс-центр Олимпиады‑80), Театр на Таганке, Московский театр «Новая опера» имени Е. В. Колобова, Национальный медицинский исследовательский центр онкологии имени Н. Н. Блохина, Национальный медицинский исследовательский центр кардиологии имени академика Е. И. Чазова, новый корпус Третьяковской галереи на Кадашевской набережной, павильон «Цветоводство и озеленение» на ВДНХ и жилая застройка Ходынского поля.
Как с иголочки
Специалисты «Моспроекта‑4» не только проектируют современные объекты, но и возвращают к жизни бесценные исторические памятники. По их проектам отреставрировано старейшее здание Москвы — палаты бояр Романовых, где родился первый представитель династии Романовых Михаил Фёдорович. Также проведены реставрационные работы или реконструкция на следующих объектах: старый Английский двор, Планетарий, Первая Градская больница, Музей изобразительных искусств имени А.С. Пушкина, Мемориальный музей космонавтики.
Шумаков Иванович Шумаков, Народный архитектор РФ, академик, президент Союза Архитекторов России и Союза московских архитекторов о якорных объектах «Моспроекта‑4»: «Из всех существовавших в столице «Моспроектов» самым сильным по подбору талантливых архитекторов был «Моспроект‑4», ставший головным проектным институтом по подготовке Москвы к ХХII Олимпийским играм. И ввод в эксплуатацию каждого его объекта в ту эпоху был архитектурной премьерой. Например, построенный по инициативе АПН Главный пресс-центр – штаб-квартира журналистского корпуса Олимпиады. Туда накануне Игр водили экскурсионные группы, состоящие из одних архитекторов. А если архитекторы одобрили и приняли объект, это многое значит. Приняла этот объект и Москва — он органично, чётко и тонко вписался в архитектуру Садового кольца. Онкоцентр имени Блохина для своего времени был примером космической архитектуры: два крыла и высотная доминанта между ними. Несмотря на закрытый статус клиники, я всеми правдами и неправдами смог тогда попасть внутрь, чтобы убедиться, что это, как внутри, так и снаружи, архитектура будущего века. Прошла уже четверть нового столетия, а ни здание АПН (теперь это РИА Новости), ни онкоцентр морально не устарели. Это говорит о том, что их делали мастера. А где работали эти мастера? В четвёртом «Моспроекте»! Велотрек в Крылатском вообще был революцией: появился не рядовой крытый спортивный комплекс, а именно архитектурно осмысленный, удивительной красоты объект-событие, вновь удививший всё архитектурное сообщество. Новаторский приём «крылья бабочки» потом повторили в проекте «Олимпийского». Театр на Таганке наиболее сложный в реализации. Его не только надо было уложить в структуру старого города, но и интегрировать имеющееся уже здание театра с исторической сценой в новый корпус. Тогда это было новаторством. И мы, архитекторы, были тронуты, насколько бережно коллеги отнеслись к историческому зданию. Внутри нового комплекса была применена серия новых тогда приёмов: переходы, лесенки, балконы. А какие там конструкции на крыше в исполнении художника Ивана Лубенникова! Это всё сыграло на пользу этому зданию. Там была фантастическая история строительства. За этот проект главный архитектор четвёртого «Моспроекта» Александр Анисимов получил Госпремию».
